March 19th, 2010

Париж, Техас

обнаружил, что отчетливо помню все с самого начала, где Тревис с бородой в пыльном пиджаке и красной бейсболке идет по пустыне Мохаве куда глаза глядят, до первого их разговора с Джейн в Хьюстоне в зазеркальном публичном доме по телефону, а дальше -- белый шум и пустота. Вытеснилось из сознания, непонятно почему. Сегодня досмотрел до конца.

*
Ей только и снилось, как она убегает. Она видела, как бежит по шоссе, бежит через поля, бежит по берегу реки, и все бежит, бежит... И каждый раз, когда она должна была стать свободной, появлялся он. И всегда ее ловил. Появлялся и ловил ее. Когда она рассказала ему свои сны, он поверил ей и решил что-то сделать, чтобы она не ушла от него навсегда. Он привязал ей к ноге колокольчик, чтобы она не могла ночью неслышно вылезти из постели. Но она стала запихивать в колокольчик чулок, потихоньку выползала из постели и уходила. Но однажды ночью чулок выпал, и он услышал, как она пытается убежать к шоссе. Он догнал ее, притащил обратно в трейлер и привязал к печке. Потом он вернулся в постель, лежал и слушал, как она плачет. Потом услышал плач своего сына. Очень удивился оттого, что ничего больше не чувствовал. Он хотел только одного - спать. И в первый раз ему захотелось быть где-нибудь далеко. Затеряться где-нибудь в глуши, где его никто не знает и где не было бы ни разговоров, ни улиц. Ему приснилось, что он очутился там. Но проснувшись, он увидел, что вокруг огонь. По всей постели плясали языки пламени. Он бросился к двум самым дорогим для него людям. Но их не было. На нем горела одежда. Он выскочил из трейлера и стал кататься по влажной земле. Потом он побежал. Он и сам не понимал, куда. Так он и бежал. Бежал, пока не взошло солнце. У него больше не было сил. А когда солнце взошло, он побежал снова. Он бежал пять дней, пока не пропал последний след того, что на земле существуют люди.